Рыбалка

Остров Мигинго – округлое скалистое образование, покрытое лачугами и возвышающееся из вод озера Виктория, как черепаха с металлическим панцирем. Он настолько мал, что отображается не на всех картах. Его площадь составляет всего 2000 квадратных метров, усеянных домами из гофрированного железа, барами и борделями, где проводят время местные жители. При этом Мигинго стал объектом жарких территориальных претензий.

Эта фотография снята с расстояния всего в 10 метров на берегу Курильского озера на Камчатке после целого дня выслеживания. Два медведя, как и многие другие, пришли ловить лосося, но вдруг без особой злобы начали бороться. Бой длился более десяти минут, а потом всё прекратилось, и оба медведя убежали.

baklan-ribolov

Укаи, ловля рыбы бакланом, на Японских островах практикуется уже 13 веков как минимум, так что это наиболее древнее значение слова «бакланить». А у местных жителей в ходу другие фразеологизмы - «уноми», «глотать как баклан», т. е., есть все целиком и без разбору; а само слово «укаи» стало означать еще и наглую эксплуатацию работников начальством. Первое упоминание датируется 702 годом, а первые стихи, посвященные укаи, замечены в поэтическом сборнике «Манъёсю» восьмого века.

Раньше доход рыбакам приносил сам улов. Рыбы хватало не только на пропитание, но и на экспорт в другие провинции. А теперь рыбные запасы слегка поиссякли, а сами птички не в состоянии тягаться с сейнерами и траулерами, и их хозяева зарплату получают по туристическому ведомству, за зрелище. Очевидцы уверяют, что зрелище действительно фантастическое, особенно ночью.

Рыбу бакланы ловят не любую, а только айю, приходящуюся дальним родственником корюшке и лососю. Ее мясо имеет сладковаты вкус и считается деликатесом. Деликатес в длину достигает 20-30 см и живет только один год, за что ее также называют «нэнгё» - «рыба-однолетка». Как и лососи, айю может обитать в море, но метать икру обязательно возвращается в родную речку, где ее и застигают бакланщики.

В двух словах, укаи – это ловля рыбы в реке с помощью баклана на поводке. Но двумя словами тут не отделаться - любое действие у японцев обрастает ритуалами и кодексами и превращается в искусство, доступное только избранным.

В средние века река Нагара находилась под защитой государства, а первая рыба каждого сезона и по сей день поставляется прямиком в столицу, к императорскому столу. Покровительствовали рыбакам с бакланами и такие выдающиеся правители-сёгуны, как Ода Нобунага и Токугава Иэясу. Со времен революции Мэйдзи (1868 г.) укаи было слегка заброшено, как и все, что связано с сегунатом. Но с 1890 года, по ходатайству губернатора префектуры Гифу, рыбный промысел перешел в ведение Императорского управления. Сейчас официальную лицензию на бакланство одновременно могут иметь только 21 человек, и эта почетная должность передается по наследству.

Рыбу ловят бакланом в 13 точках по всей Японии (а также в Китае). Но самое знаменитое место укаи – река Нагара в префектуре Гифу, поэтому там и плата с туристов побольше (порядка 3 000 йен с копейками против двух-двух с половиной тысяч йен в менее славных местах), и правила построже. Восемь раз за сезон сам император Японии с семьей посещает это мероприятие, а на два из восьми вечеров приглашение посмотреть на национальное достояние получают и послы других стран в Японии. Многие знаменитости также приезжали в Гифу, чтобы полюбоваться на лов. Чарли Чаплин считал укаи самым изысканным японским искусством и в каждой поездке в Страну восходящего солнца старался попасть на это представление. Получилось дважды. Очарован зрелищем был и известный японский поэт Мацуо Басё.

Рыболовный сезон на Нагаре начинается 11 мая и длится до 15 октября, с перерывами на паводки и праздник любования осенней луной. В самом начале проводится церемония «открытия реки» - Кавабираки. Она состоит из поминальной службы по душам пойманных рыбок и молитвы за сохранность лодок.

Затем проверяется снаряжение. Для рыбалки лучше всего подходят морские бакланы с побережья префектуры Ибараки. На воле эти птицы живут 4-5 лет, но у рыбаков, на казенных харчах да с полным сервисом, их хватает на 15-20 лет. Каждый день сезона рыбак выбирает 10-12 самых здоровых, бодрых птиц. Затем все шесть лицензированных бакланщиков реки Нагара тянут жребий, в каком порядке им выходить на промысел.

Рыбаки-«усё» все тринадцать веков носят темно-синие хлопчатые кимоно, фартуки с инструментами для починки лесок, плотные шапочки «кадзаорэ-эбоси» из конопляной пеньки для защиты волос от искр факелов и соломенные юбки «косимоно» – чтоб тепло и сухо было, значит. Экипировавшись, участники шоу грузят бамбуковые клетки с бакланами на небольшие (13 м в длину) плоскодонные лодки «убунэ», на которых так удобно маневрировать по речным отмелям. А перед отплытием дают три залпа фейерверка на фоне заката.

Команда для одной лодки обычно состоит из 3 человек - гребца «наканори», рулевого «томонори» и собственно рыбака, «усё». Изредка требуется четвертый подручный. На эту роль берут в основном детей усё – должность-то наследственная, пусть учатся. Гребцы не только сидят на веслах, но и рулят, укладывают пойманную рыбу и занимаются другой ерундой, на которую у усё времени не остается. Еще бы – поди уследи одновременно за десятком голодных и потому шустрых птичек! Чтобы подманить рыбу ночью, рыбаки зажигают факел, вернее, разводят огонь в металлической корзине на носу лодки. Самый яркий свет дают сосновые щепки, кстати. Запомним - вдруг пригодится? Пожарной безопасности ради корзина крепится на наклонный шест и болтается за бортом. Да и баклан – не сова, чтобы в полной темноте нырять. Чтобы птицы не заснули, рыбаки вдобавок стучат веслами по бортам лодки или бьют в специальный барабан.

Обеспечив освещение, усё выпускает пернатых помощников – всех сразу. От него требуется необычайная сноровка, чтобы «тэнава» - 4-метровые поводки бакланов - не перепутались между собой, пока птички снуют туда-сюда. Даже в наш век сверхпрочных искусственных материалов рыбаки продолжают изготавливать веревки из волокон кедра. Тэнава получается прочный и гибкий, но не железный: если баклан умудрится запутаться веревкой за подводные камни, усё веревку обрезает. А чтобы баклан сам себе петлю не свил и не повесился, к поводку у самого горлового кольца привязывают усилитель жесткости - прут из китового уса.

Проглотить крупную, достойную человека добычу птице мешает надетое на горло веревочное кольцо «кубиюи», а всякие мальки проскальзывают. В целом, в одного баклана влезает до шести крупных рыбин. Как только усё видит, что зоб птицы раздулся он вытаскивает за тэнава баклана из воды, а рыбу - из баклана, и запускает живую снасть по новой. В Китае же подход к процессу несколько иной – там бакланов холят и лелеют, и почитают пуще близких родственников, и, чтобы не обижать птичку какими-то поводками, дрессируют бакланов так, чтобы те сами рыбу к лодке доставляли и выплевывали.

Фотограф Syibli Fakih.

«Над рекой всё было мирно до тех пор, пока мама медведица не поймала рыбу. Она хотела поделиться ею со своими детёнышами, но взрослый медведь решил украсть лосося. Медведица в одно мгновение превратилась в свирепого монстра. Пока взрослые животные дрались из-за лосося, один из медвежат утащил рыбину и сбежал с ней», – фотограф Роман Голубенко (Roman Golubenko).

На протяжении более чем десяти лет, эта уникальная группа спортсменов и спортсменок собираются в городке Полс Валли, штат Оклахома, для Okie Noodling турнира. По сути, это конкурс рыбаков, в котором, в течении 24-х часов, необходимо поймать самого крупного сома. При чём сделать это нужно голыми руками, засовывая их в подводные норы, в надежде, что огромный сом в них вцепится. Фотограф Мэтт Рэинвотерс побывал на этом замечательном конкурсе и сделал серию фотографий участников соревнований.

Я

Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 18-ти лет.