Под обложкой: шедевры книжных иллюстраторов

Хемингуэй был против иллюстрирования своих произведений. Ему категорически не нравилось, если созданный им образ не совпадал с интерпретацией художника. По этой же причине он отверг почти все экранизации своих книг.

«Я старался создать реального старика, реального мальчика, реальное море,...

Хемингуэй был против иллюстрирования своих произведений. Ему категорически не нравилось, если созданный им образ не совпадал с интерпретацией художника. По этой же причине он отверг почти все экранизации своих книг.

«Я старался создать реального старика, реального мальчика, реальное море, реальную рыбу и реальных акул», - сказал он о своей повести «Старик и море», произведении, которое боготворят художники со всего мира. Существует сотни, если не тысячи, его художественных трактовок.

Как это ни странно, но ярым противником иллюстрации был и Гоголь. Художники прощали ему эту нелюбовь за ярких красочных персонажей. Только в «Мертвых душах» сто четыре героя, которых невозможно не нарисовать.

Бальзак и Чарльз Диккенс, напротив, были уверены, что только тандем писателя и художника способен создать действительно талантливую книгу. Им посчастливилось найти «своих» иллюстраторов – художников Оноре Домье и Хэблота Найт Брауна.

Так нужна ли книге иллюстрация? Она помогает или мешает восприятию?

Дело в том, что книга и иллюстрация родились и существуют неразрывно. В тексты старых рукописных книг рука автора вплетала рисованные орнаменты, вязь заглавных букв, лики святых. Книга была штучным товаром, её изготовление требовало значительных усилий. Создатели понимали, что хранить такую книгу будут долго, а, значит, выглядеть она должна как особая важная реликвия.

Автоматизированная печать, упрощение труда, снижение стоимости книги не сыграло ей на руку. Полный или частичный отказ от иллюстрации, декоративности, обеднил её и обесценил. Такой подход шёл вразрез с первоначальным замыслом: книга не может быть предметом утилитарным. Издатели вовремя это осознали и снова вернулись к её украшению.

Красиво иллюстрированное издание формирует правильный вкус, рождает в читателе книжный голод – желание обладать книгой, хранить её, передавать из поколение в поколение. Роль иллюстрации такова, что, даже забыв содержание некоторых книг из детства, мы продолжаем в памяти хранить их визуальный образ.

Талантливо выполненная иллюстрация давно вышла за пределы пересказа текста, это отдельный вид искусства. На страницах книг художники создают уникальные миры. Ёмкими образами они заполняют «пустоты» недосказанности в книгах, погружают читателя в контекст событий, помогают по-новому взглянуть на знакомые произведения. Художественное оформление таит знаки, загадки, древние образы, символы, отсылки к мифам. Даже детская сказка «Приключения Пиноккио» способна зазвучать как средневековая мистическая история. Итальянский художник Роберто Инноченти своими иллюстрациями придал ей особый, «брейгелевский» колорит.

Работы таких художников можно разглядывать вечность. Они до умопомрачения детализированы.

- Когда ребенок сочиняет истории, даже для родителей, он всегда весьма правдоподобен, - говорит художник-иллюстратор Лев Каплан. – Для него внимание к деталям – символ полной правдоподобности. Вот я и хочу, чтобы дети мне верили. А для взрослых в этих деталях я пакую некие аллюзии, вторые смыслы. Просто потому, что так интересно...

Можно разобрать и разложить по полочкам важность и необходимость иллюстрации, но её взаимодействие с художественным текстом так и останется непостижимой тайной, которая случается как любовь. Если художник почувствовал автора, а автор совпал с художником – книга обретает своё уникальное лицо и будет жить в веках.

Публикация будет обновляться и дополняться новыми авторами.

Автор: Инна Москальчук

Ещё
Прикреплённые публикации
Лента
Ещё нет активности
Не возможно загрузить подсказку