Билл Брандт: субъективный взгляд камеры и абстракции человеческого тела

Билл Брандт: субъективный взгляд камеры и абстракции человеческого тела

Билла Брандта трудно назвать суперзвездой фотографии, но всякому, кто по-настоящему увлекается этим видом искусства следовало бы знать его имя. Брандт сочетал старомодную постпикторалистскую дымчатость снимка с нетрадиционными для тогдашней фотографии ракурсами, будто наделяя камеру собственной волей, придавая её взгляду сложность и глубину. Кроме того, попадавшие в кадр части человеческого тела создавали почти сюрреалистические сюжеты, складываясь между собой и искажаясь. Впрочем, за долгую творческую карьеру Брандт показал себя максимально одарённым мастером, который беспрестанно искал новые темы и выразительные средства.

Родился Билл Брандт в Гамбурге в 1904-м году в смешанной англо-немецкой семье. Из-за «подозрительного» британского происхождения отец Билла в годы Первой мировой войны был интернирован немецкими властями. Возможно, именно из-за этого юный Билл впоследствии отрёкся от своих корней и называл себя исключительно британцем. Так или иначе, но детство ему пришлось провести в Германии и Швейцарии, виной чему было слабое здоровье и туберкулёз.

Впрочем, не было худа без добра – в больнице Билл впервые пробовал фотографировать, а в австрийской столице, куда он отправился на очередное лечение, Брандт попал под влияние светской львицы и общественного деятеля Евгении Шварцвальд. Однажды у неё в гостях молодой фотограф встретился с выдающимся поэтом Эзрой Паундом, портрет которого тут же снял. Паунд же в свою очередь предложил познакомить Билла с живым классиком – фотографом и режиссёром сюрреалистического толка Ман Рэем. Так, в 1930-м году Брандт оказался в парижской студии Рэя, творчество которого в будущем окажет на него большое влияние.

Когда Брандт в 1933-м году оказался в Лондоне, он уже успел объехать с фотоаппаратом всю Европу и определённо знал кем хочет работать. Первым делом будущий мастер взялся за последовательное «документирование» британской жизни накануне Второй мировой. Снимки Брандта, принадлежащие этому периоду, на первый взгляд ещё не попрощались с реализмом, но некая надмирность уже присуща им. Таковы «Раннее утро на реке», «Галифакс» «Вечер в садах Кью».

Многие годы в творчестве Брандта будут доминировать вполне реалистичные, хоть и отстранённые индустриальные или уличные пейзажи («Дымоходы Галифакса», «Поезд уезжает из Ньюкасла», «Электростанция Баттерси»), а также сцены из повседневной жизни («Собиратели угля», «Проигрыш на скачках», «Воскресный вечер»). Эти работы будут пользоваться успехом и позволят Брандту издать две книги фотографий. Он признаёт влияние на своё творчество со стороны кинематографа, особняком выделив Орсона Уэллса.

Но подлинный творческий рывок Брандт совершит параллельно в конце 1940-х, когда возьмётся за серию фотографий «Перспектива обнажённой натуры». Вольно или не вольно в этих снимках Брандт наследует Эдварду Уэстону, который использовал функцию наготы ранее весьма схожим образом, превращая женское тело в практически асексуальный объект, который привлекает глаз непосредственно формой...

Билла Брандта трудно назвать суперзвездой фотографии, но всякому, кто по-настоящему увлекается этим видом искусства следовало бы знать его имя. Брандт сочетал старомодную постпикторалистскую дымчатость снимка с нетрадиционными для тогдашней фотографии ракурсами, будто наделяя камеру собственной волей, придавая её взгляду сложность и глубину. Кроме того, попадавшие в кадр части человеческого тела создавали почти сюрреалистические сюжеты, складываясь между собой и искажаясь. Впрочем, за долгую творческую карьеру Брандт показал себя максимально одарённым мастером, который беспрестанно искал новые темы и выразительные средства.

Родился Билл Брандт в Гамбурге в 1904-м году в смешанной англо-немецкой семье. Из-за «подозрительного» британского происхождения отец Билла в годы Первой мировой войны был интернирован немецкими властями. Возможно, именно из-за этого юный Билл впоследствии отрёкся от своих корней и называл себя исключительно британцем. Так или иначе, но детство ему пришлось провести в Германии и Швейцарии, виной чему было слабое здоровье и туберкулёз.

Впрочем, не было худа без добра – в больнице Билл впервые пробовал фотографировать, а в австрийской столице, куда он отправился на очередное лечение, Брандт попал под влияние светской львицы и общественного деятеля Евгении Шварцвальд. Однажды у неё в гостях молодой фотограф встретился с выдающимся поэтом Эзрой Паундом, портрет которого тут же снял. Паунд же в свою очередь предложил познакомить Билла с живым классиком – фотографом и режиссёром сюрреалистического толка Ман Рэем. Так, в 1930-м году Брандт оказался в парижской студии Рэя, творчество которого в будущем окажет на него большое влияние.

Когда Брандт в 1933-м году оказался в Лондоне, он уже успел объехать с фотоаппаратом всю Европу и определённо знал кем хочет работать. Первым делом будущий мастер взялся за последовательное «документирование» британской жизни накануне Второй мировой. Снимки Брандта, принадлежащие этому периоду, на первый взгляд ещё не попрощались с реализмом, но некая надмирность уже присуща им. Таковы «Раннее утро на реке», «Галифакс» «Вечер в садах Кью».

Многие годы в творчестве Брандта будут доминировать вполне реалистичные, хоть и отстранённые индустриальные или уличные пейзажи («Дымоходы Галифакса», «Поезд уезжает из Ньюкасла», «Электростанция Баттерси»), а также сцены из повседневной жизни («Собиратели угля», «Проигрыш на скачках», «Воскресный вечер»). Эти работы будут пользоваться успехом и позволят Брандту издать две книги фотографий. Он признаёт влияние на своё творчество со стороны кинематографа, особняком выделив Орсона Уэллса.

Но подлинный творческий рывок Брандт совершит параллельно в конце 1940-х, когда возьмётся за серию фотографий «Перспектива обнажённой натуры». Вольно или не вольно в этих снимках Брандт наследует Эдварду Уэстону, который использовал функцию наготы ранее весьма схожим образом, превращая женское тело в практически асексуальный объект, который привлекает глаз непосредственно формой или сочетанием форм.

Это может быть выведенное на передний план ухо («Сифорд»), глаз («Жан Дюбюффе») или стопы («Обнажённая», 1952). А порой почти неразличимые части тела кажутся совсем не тем, чем являются. Порой они напоминают башенку из камней («Обнаженная», 1959), порой тропический фрукт («Обнажённая», 1958), а порой нечто эластично-бесформенное («Обнаженная», 1960). Не менее важно, что иногда камера смотрит на человеческое тело так, как смотрел бы его владелец. Даже в тогдашнем кино съёмка от первого лица была приёмом редким, что и говорить о фотографии. Этот приём создавал иллюзию присутствия, доверительного разрешения взглянуть на мир и человеческое тело чужими глазами.

Брандт никогда не отрекался также от излюбленных изображений природы («Река Какмер», «Закат над троном короля Артура», «Скайские горы»). Молчаливые, пустынные пейзажи, поражающие простором и минимализмом, часто снимались на широкоформатную камеру. Нарочитая контрастность, неизменная дымка придают им вид многозначительной задумчивости. Порой на них самым органичным образом возникают животные – коровы, овцы, собаки. Созерцательные просторные пейзажи вступают в довольно резкий контраст с детально и крупно снятым человеческим телом, демонстрируя максимальный диапазон возможностей фотокамеры.

Биллу Брандту, несмотря на слабое здоровье, удалось прожить долгую жизнь и до последних дней он не выпускал камеры из рук. Взглянув на снимки нетрудно догадаться почему его считают одним из главных британских фотографов 20-го века.

Автор: Дмитрий Николов

Ещё
Нет доступных фотографий
Не возможно загрузить подсказку
Доступно в Google Play

Z

Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 18-ти лет.