Билл Брандт: субъективный взгляд камеры и абстракции человеческого тела

Билл Брандт: субъективный взгляд камеры и абстракции человеческого тела

Билла Брандта трудно назвать суперзвездой фотографии, но всякому, кто по-настоящему увлекается этим видом искусства следовало бы знать его имя. Брандт сочетал старомодную постпикторалистскую дымчатость снимка с нетрадиционными для тогдашней фотографии ракурсами, будто наделяя камеру собственной волей, придавая её взгляду сложность и глубину. Кроме того, попадавшие в кадр части человеческого тела создавали почти сюрреалистические сюжеты, складываясь между собой и искажаясь. Впрочем, за долгую творческую карьеру Брандт показал себя максимально одарённым мастером, который беспрестанно искал новые темы и выразительные средства.

Родился Билл Брандт в Гамбурге в 1904-м году в смешанной англо-немецкой семье. Из-за «подозрительного» британского происхождения отец Билла в годы Первой мировой войны был интернирован немецкими властями. Возможно, именно из-за этого юный Билл впоследствии отрёкся от своих корней и называл себя исключительно британцем. Так или иначе, но детство ему пришлось провести в Германии и Швейцарии, виной чему было слабое здоровье и туберкулёз.

Впрочем, не было худа без добра – в больнице Билл впервые пробовал фотографировать, а в австрийской столице, куда он отправился на очередное лечение, Брандт попал под влияние светской львицы и общественного деятеля Евгении Шварцвальд. Однажды у неё в гостях молодой фотограф встретился с выдающимся поэтом Эзрой Паундом, портрет которого тут же снял. Паунд же в свою очередь предложил познакомить Билла с живым классиком – фотографом и режиссёром сюрреалистического толка Ман Рэем. Так, в 1930-м году Брандт оказался в парижской студии Рэя, творчество которого в будущем окажет на него большое влияние.

Когда Брандт в 1933-м году оказался в Лондоне, он уже успел объехать с фотоаппаратом всю Европу и определённо знал кем хочет работать. Первым делом будущий мастер взялся за последовательное «документирование» британской жизни накануне Второй мировой. Снимки Брандта, принадлежащие этому периоду, на первый взгляд ещё...

Билла Брандта трудно назвать суперзвездой фотографии, но всякому, кто по-настоящему увлекается этим видом искусства следовало бы знать его имя. Брандт сочетал старомодную постпикторалистскую дымчатость снимка с нетрадиционными для тогдашней фотографии ракурсами, будто наделяя камеру собственной волей, придавая её взгляду сложность и глубину. Кроме того, попадавшие в кадр части человеческого тела создавали почти сюрреалистические сюжеты, складываясь между собой и искажаясь. Впрочем, за долгую творческую карьеру Брандт показал себя максимально одарённым мастером, который беспрестанно искал новые темы и выразительные средства.

Родился Билл Брандт в Гамбурге в 1904-м году в смешанной англо-немецкой семье. Из-за «подозрительного» британского происхождения отец Билла в годы Первой мировой войны был интернирован немецкими властями. Возможно, именно из-за этого юный Билл впоследствии отрёкся от своих корней и называл себя исключительно британцем. Так или иначе, но детство ему пришлось провести в Германии и Швейцарии, виной чему было слабое здоровье и туберкулёз.

Впрочем, не было худа без добра – в больнице Билл впервые пробовал фотографировать, а в австрийской столице, куда он отправился на очередное лечение, Брандт попал под влияние светской львицы и общественного деятеля Евгении Шварцвальд. Однажды у неё в гостях молодой фотограф встретился с выдающимся поэтом Эзрой Паундом, портрет которого тут же снял. Паунд же в свою очередь предложил познакомить Билла с живым классиком – фотографом и режиссёром сюрреалистического толка Ман Рэем. Так, в 1930-м году Брандт оказался в парижской студии Рэя, творчество которого в будущем окажет на него большое влияние.

Когда Брандт в 1933-м году оказался в Лондоне, он уже успел объехать с фотоаппаратом всю Европу и определённо знал кем хочет работать. Первым делом будущий мастер взялся за последовательное «документирование» британской жизни накануне Второй мировой. Снимки Брандта, принадлежащие этому периоду, на первый взгляд ещё не попрощались с реализмом, но некая надмирность уже присуща им. Таковы «Раннее утро на реке», «Галифакс» «Вечер в садах Кью».

Многие годы в творчестве Брандта будут доминировать вполне реалистичные, хоть и отстранённые индустриальные или уличные пейзажи («Дымоходы Галифакса», «Поезд уезжает из Ньюкасла», «Электростанция Баттерси»), а также сцены из повседневной жизни («Собиратели угля», «Проигрыш на скачках», «Воскресный вечер»). Эти работы будут пользоваться успехом и позволят Брандту издать две книги фотографий. Он признаёт влияние на своё творчество со стороны кинематографа, особняком выделив Орсона Уэллса.

Но подлинный творческий рывок Брандт совершит параллельно в конце 1940-х, когда возьмётся за серию фотографий «Перспектива обнажённой натуры». Вольно или не вольно в этих снимках Брандт наследует Эдварду Уэстону, который использовал функцию наготы ранее весьма схожим образом, превращая женское тело в практически асексуальный объект, который привлекает глаз непосредственно формой или сочетанием форм.

Это может быть выведенное на передний план ухо («Сифорд»), глаз («Жан Дюбюффе») или стопы («Обнажённая», 1952). А порой почти неразличимые части тела кажутся совсем не тем, чем являются. Порой они напоминают башенку из камней («Обнаженная», 1959), порой тропический фрукт («Обнажённая», 1958), а порой нечто эластично-бесформенное («Обнаженная», 1960). Не менее важно, что иногда камера смотрит на человеческое тело так, как смотрел бы его владелец. Даже в тогдашнем кино съёмка от первого лица была приёмом редким, что и говорить о фотографии. Этот приём создавал иллюзию присутствия, доверительного разрешения взглянуть на мир и человеческое тело чужими глазами.

Брандт никогда не отрекался также от излюбленных изображений природы («Река Какмер», «Закат над троном короля Артура», «Скайские горы»). Молчаливые, пустынные пейзажи, поражающие простором и минимализмом, часто снимались на широкоформатную камеру. Нарочитая контрастность, неизменная дымка придают им вид многозначительной задумчивости. Порой на них самым органичным образом возникают животные – коровы, овцы, собаки. Созерцательные просторные пейзажи вступают в довольно резкий контраст с детально и крупно снятым человеческим телом, демонстрируя максимальный диапазон возможностей фотокамеры.

Биллу Брандту, несмотря на слабое здоровье, удалось прожить долгую жизнь и до последних дней он не выпускал камеры из рук. Взглянув на снимки нетрудно догадаться почему его считают одним из главных британских фотографов 20-го века.

Автор: Дмитрий Николов

Ещё
Нет доступных фотографий
Не возможно загрузить подсказку