Жерар Юфера: чарующие закулисье театра, моды и простой жизни

Жерар Юфера: чарующие закулисье театра, моды и простой жизни

Однажды, оказавшись в «секретном раю», испытав магию закулисья, французский фотограф Жерар Юфера продолжает приоткрывать занавес, показывая святая святых старейших театров мира, изнуряющий труд лучших балетных труп, изнанку мастерства домов моды, трогательное взаимодействие посетителей музеев и шедевров искусства.

О каждом своём снимке Юфера может рассказывать бесконечно. Он считает, фотография подобна лампе Аладдина: вы взаимодействие с ней и воображение рисует историю. Сегодня ему 67, но он тот же вдохновлённый, любопытный мальчишка из пригорода Парижа, который каждые выходные с друзьями садился в поезд и отправлялся в очередной музей. Это была его школа прекрасного.

«Мне было лет одиннадцать или двенадцать и у меня было двое друзей моего возраста, с которыми мы жили в Монтрёе. Вместе мы решили, что попытаемся изучить Париж через музеи. Каждую неделю, каждые выходные мы посещали один-два музея и так в течении двух лет. Здешние музеи, искусство очень сильно повлияло на моё видение, чувство композиции сформировалось, благодаря изучению работ художников».

Юфера вспоминает, что во времена его детства, юности не было такой массовой увлеченности музеями. Их посещали большие ценители искусства, художники. Залы были полупустыми.

«Сейчас, когда путешествуете, вы обязательно посещаете музей. В Париже идёте в Лувр. В Санкт-Петербурге в Эрмитаж. В Москве в Пушкинский музей или Третьяковскую галерею. Так уж повелось».

Наблюдая за таким интересом, Юфера начал размышлять над собственным проектом о взаимодействии посетителей музеев и предметов искусства.

«Я раздумывал месяцами и однажды решил – пора. Дал себе один день, сел на велосипед и просто поехал в Лувр. Решил: если сегодня сделаю хотя бы одну хорошую фотографию – проекту быть.  У меня получился снимок, на котором гид рассказывает детям о полотне Жака Луи Давида. Это была первая хорошая фотография, потом я сделал ещё одну. Есть много способов ходить в музей. Музеи посещают случайные посетители, есть те, кто купил...

Однажды, оказавшись в «секретном раю», испытав магию закулисья, французский фотограф Жерар Юфера продолжает приоткрывать занавес, показывая святая святых старейших театров мира, изнуряющий труд лучших балетных труп, изнанку мастерства домов моды, трогательное взаимодействие посетителей музеев и шедевров искусства.

О каждом своём снимке Юфера может рассказывать бесконечно. Он считает, фотография подобна лампе Аладдина: вы взаимодействие с ней и воображение рисует историю. Сегодня ему 67, но он тот же вдохновлённый, любопытный мальчишка из пригорода Парижа, который каждые выходные с друзьями садился в поезд и отправлялся в очередной музей. Это была его школа прекрасного.

«Мне было лет одиннадцать или двенадцать и у меня было двое друзей моего возраста, с которыми мы жили в Монтрёе. Вместе мы решили, что попытаемся изучить Париж через музеи. Каждую неделю, каждые выходные мы посещали один-два музея и так в течении двух лет. Здешние музеи, искусство очень сильно повлияло на моё видение, чувство композиции сформировалось, благодаря изучению работ художников».

Юфера вспоминает, что во времена его детства, юности не было такой массовой увлеченности музеями. Их посещали большие ценители искусства, художники. Залы были полупустыми.

«Сейчас, когда путешествуете, вы обязательно посещаете музей. В Париже идёте в Лувр. В Санкт-Петербурге в Эрмитаж. В Москве в Пушкинский музей или Третьяковскую галерею. Так уж повелось».

Наблюдая за таким интересом, Юфера начал размышлять над собственным проектом о взаимодействии посетителей музеев и предметов искусства.

«Я раздумывал месяцами и однажды решил – пора. Дал себе один день, сел на велосипед и просто поехал в Лувр. Решил: если сегодня сделаю хотя бы одну хорошую фотографию – проекту быть.  У меня получился снимок, на котором гид рассказывает детям о полотне Жака Луи Давида. Это была первая хорошая фотография, потом я сделал ещё одну. Есть много способов ходить в музей. Музеи посещают случайные посетители, есть те, кто купил билет только ради одной картины. За посетителями интересно наблюдать, мы видим массу различных сюжетов. Для меня этот проект в каком-то смысле автобиографичен. В этом мире я ощущаю себя наблюдателем, я никогда не работал в музее, мой взгляд – взгляд зрителя, которому любопытно».

Любопытство Юфера сочетает с природной тактичностью. Его главный принцип – не вторгаться в кадр, дать событиям дойти до той точки, когда невозможно не нажать на затвор фотоаппарата. «Решающий момент», о котором говорил Анри Картье-Брессон. Однажды на выставке Лувра, посвященной влюблённым, он до самого закрытия осторожно наблюдал за парой, которая непрерывно целовалась и обнималась. Но снять молодых людей никак не удавалось. В полном отчаянии, что кадра всё такие не будет, за десять минут до закрытия Юфера поймал «тот самый момент». Посетители разошлись, и пара осталась в одиночестве среди картин. Часы выжидания подарили ему чудесную работу.

Выдержка, терпение – едва ли не главные качества, которые определяют хорошего фотографа. В музее естествознания Юфера случайно заметил, как ребёнок сунул голову в пасть чучела акулы. Решив, что ему необходимо заполучить такой кадр, фотограф замер вблизи экспоната и стать выжидать.

«Я ждал. И ждал. И ждал. Было тяжело, у меня болели ноги. У меня проблемы с коленями, думаю из-за работы. Я очень давно фотографирую и всегда ношу тяжёлые сумки с оборудованием. Тяжёлые сумки и больные ноги – проблема многих фотографов. В тот момент мои колени просто горели. Мне было очень плохо, но голос в голове шептал «Жди!». Это было подарком, который я заслужил. Мужчина подошёл и с интересом заглянул в хищную пасть. Когда смотрю на этот снимок, всё ещё чувствую боль в коленях и понимаю, что значит терпение для фотографа».

Тайный мир закулисья открылся для Юфера, когда он работал репортёром в газете «Либерасьон» и получил заказ на съёмку в парижской Опере Гарнье. Газетным фотографом он стал в 28 лет. До этого Жерар работал продавцом в магазине джинсов, и, как сам говорит, ненавидел свою работу. Его отец всю жизнь коллекционировал фотоаппараты, снимая едва ли не с восьми лет, Юфера решил бросить всё и испытать себя в фотографии. Он снимал репортаж за репортажем – это были демонстрации, жизненные истории, модные показы.

«Сейчас существует такое понятие, как великий, знаменитый фотограф и многие хотят стать именно такими. В этом есть риск тщеславия, которое губительно для подлинного творчества. Оставаясь ремесленником всю жизнь, занимаясь фотографией для газет, я научился определённому смирению и это, в свою очередь, спасло меня от тщеславия. Мой совет молодым фотографам – неустанно работайте. Когда я снимаю артистов балета, вижу это постоянно: так много закулисной работы. У вас может быть лучшая техника, но, если вам нечего сказать – это будет скучно. Именно эмоции, любовь, которой вы делитесь, создают волшебство».

О работах Юфера говорят, что его образы отличаются «нежной внимательностью». В юности он был очень застенчивым и чувствительным, таким остаётся по сей день. Он замечает, как юная девушка осторожно держит жука на ладони, увлечённо разглядывая насекомое. Как девочка-балерина за кулисами устало склонила голову, случайную улыбку в зеркальном отражении, истерзанные ступни танцовщицы. Его кадры полны интимности, внимательности, сочувствия.

Почти 13 лет с 1988 по 2001 длилось его путешествие по лучшим театрам Европы. Юфера снимал таинство, которое происходило за кулисами, в гримёрных, тёмных загадочных коридорах. Проект, начатый в Париже, завершился в Москве съёмкой труппы Большого театра. В 2001 году был издан большой коллекционный альбом – «Призрак оперы».

«Самое трогательное воспоминание о проекте связано с Большим театром. За его кулисами я старался деликатно сфотографировать девочку танцовщицу. Она была из Мариинского театра, поскольку тогда случился обмен между Большим и Мариинкой. Девочка была совсем ребёнком и я посчитал, правильно будет поговорить с ней и успокоить. Мне не хотелось, чтобы она подумала, что я снимаю её тайно. Я был поражён, когда малышка заговорила со мной по-французски. Особенно тронуло то, что это она пыталась успокоить меня, приободрить».

Зная о подлинном интересе к изнанке творчества, модный дом Dior пригласил Юфера запечатлеть все этапы создания коллекции высокой моды. У фотографа получился искренний, безупречно красивый портрет культового дома. На несколько недель он погрузился в мир бархата и тафты, невесомых бюстье, скульптурных складок. Снятая серия была издана в виде книги и получила символической название – «Материя грёз». Юфера заворожила увлечённость работников дома. Он снял множество деталей, о которых знают лишь избранные. Милые, крохотные, но такие важные тонкости – например, то, что каждый мастер дома имеет свой напёрсток, который в своём роде уникален.

Его серия «Paris d'amour» о влюблённых парах, простых парижанах, их жизни, отношениях, торжественном моменте бракосочетания был попыткой показать, насколько мы едины, несмотря на свои национальные различия. Что всеми нами движет любовь, стремление создать семью, следовать традициям.

Фотограф не сторонится прогресса, но всё же признаёт, что вырос на школе старых мастеров. Магию чёрно-белого изображения Юфера объясняет тем, что монохромные снимки помогают лучше абстрагироваться, они словно выпадают из реальности. Работая за кулисами театров, домов моды, он научился виртуозно снимать драматические сцены в условиях экстремального освещения. Чуткая внимательность к свету выглядит так, словно автор держит на ладони редкую бабочку, которую боится вспугнуть. Именно эта бережность завораживает, перед его снимками перестаешь дышать.

Больше работ Жерара Юфера можно увидеть на его сайте, странице в инстаграм, аккаунте в фейсбук.

Автор: Инна Москальчук

Ещё
Нет доступных фотографий